Блог

Первый снег. Глава 3

Глава 3

Такие разные братья

Обифримол проснулся довольно рано, разбуженный негромкими голосами эльфов. Нерольн резал хлеб кинжалом, словно на кухне не было нормального ножа. Арольн быстрыми движениями полировал щёткой свои сапоги. Солнечный свет падал двумя острыми полосками туда, где лежал Обифримол, это означало, что сейчас ещё раннее утро. Вкусно пахло яичницей и беконом. Арольн наточил меч, убрал его в ножны и извлёк из большой коробки под столом колчан стрел с голубыми перьями. Тут уж Обифримол не мог больше оставаться спящим и встал.

— Доброе утро, — сказал он, не отводя глаз от самых красивых на свете стрел, которые он когда-либо видел.

— А, доброе утро, лохматик! – обрадовался Арольн. – Хорошо спалось?

— Ещё как, — Обифримол подошёл к нему, всё ещё не в силах оторваться от перьев.

— Стрелы  понравились? – улыбнулся Арольн, вынув одну из колчана и подав мальчику. – Осторожней с наконечником, не трогай его, заржаветь может.

Это были замечательные стрелы, тонкие и тяжёлые, покрытые тёмно-коричневой краской и голубыми полосочками. Наконечник был похож на крохотное лезвие ножа, заостренное только с одной стороны. Перед самым хвостовичком, сразу после перьев были две ямочки.

— А зачем здесь впадинки? – поинтересовался Обифримол.

— Это чтобы удобно было стрелу на тетиву накладывать. У меня же колчан за спиной, я стрел не вижу, а стрелять нужно быстро, не задерживаться с накладыванием. Я попадаю пальцами в эти ямочки и тогда быстрее надеваю стрелу, — пояснил Арольн.

— Понятно, — Обифримол вернул ему стрелу. – Такая красивая.

— Я люблю голубые перья, они всегда хорошо смотрятся: и в колчане, и в теле врага, — он кровожадно засмеялся.

— Арольн, — оборвал брата Нерольн. – Плохой пример подаёшь ребёнку. Ему ещё рано убивать.

— В смысле «убивать»? – не понял Обифримол.

— Я имел в виду время битвы, — объяснил Арольн. – А оно того и гляди настанет. Нужно научить его владеть оружием, так будет безопаснее, поскольку Отрешённые не жалеют ни воинов, ни мирян.

— Всё равно, — ответил Нерольн недовольно. Обифримол поглядел на него, потом на Арольна. Арольн явно доминировал, не смотря на то, что был младше. Он заправлял всем и выглядел увереннее, но веселее Нерольна.

После завтрака Арольн натянул сапоги и рубашку-подкольчужник, влез в саму кольчугу и тщательно подпоясал её ремнём. Поверх кольчуги он надел свою накидку, перевязь с мечом и колчан стрел.

— А куда ты пойдёшь? – спросил Обифримол. – На битву?!

— Не-ет! – засмеялся Арольн. – Не на битву. О битве ещё ничего не слышно, но возможно, она скоро будет. Надолго затянулся перерыв. Отрешённые собираются со своими силами, они ещё не готовы выступить против нас. Я пойду сейчас наверх, на башню, я часовой. К обеду вернусь.

— А можно мне с тобой?! – оживился Обифримол. – Я тоже буду часовить!

— Караулить, — поправил Нерольн. – Нет такого слова «часовить». Ты будешь заниматься уроками утром, Арольн пойдёт один.

— Ну, пожа-а-а-алуйста! – взмолился Обифримол.

— Нерольн сказал, что у тебя уроки, — отозвался Арольн. – Останься дома.

Он взял лук и вышел. Обифримол обиженно сел в кресло и завернулся с головой в плед. Нерольн помыл посуду, потом положил на стол бумагу, чернила и перо и позвал Обифримола:

— Садись, продолжим твои закорючки.

— Не хочу, — заявил Обифримол.

— Садись писать! – повторил Нерольн.

— Не буду! – буркнул Обифримол.

— Обифримол! Раз я отвечаю за тебя, твоё воспитание и образование, то я приказываю тебе сесть за стол, — строго сказал Нерольн, железным голосом. Обифримол высунул мордочку из-под одеяла и посмотрел на него. Нерольн выглядел в высшей степени серьёзно. Он сидел на табуретке, выпрямившись и расправив плечи, смотрел на мальчика сверху.

— Не хочу, — уже не так уверенно проворчал Обифримол. Нерольн порывисто встал, схватил его за шиворот, поднял из кресла и посадил на книги, лежащие на табуретке.

— А-а-а-а! – завопил Обифримол, брыкаясь и барахтаясь. Чувствуя свою беззащитность в сильных руках Нерольна, он принялся царапаться и кусаться.

— Зверёныш! – выругался Нерольн, отыскивая в кармане штанов свой носовой платок. – И не стыдно тебе царапаться!

Обифримол почувствовал запах крови и увидел несколько длинных царапин на локте Нерольна.

— Садись и пиши! – приказал эльф, рассерженный всем этим.  Обифримол взял перо из уважения к нему. Нерольн протёр царапины платком, потом промыл их над ведром.

Перо поскрипывало: Обифримол старательно выводил закорючки. Нерольн сидел и шипел на свои царапины, дожидаясь, когда они подсохнут. Закорючки, закорючки, закорючки… Обифримолу порядком надоело. Он писал уже десятую строчку.

— Может… мы позакорючиваем что-нибудь ещё? – осторожно поинтересовался мальчик.

— А, Оби, что же ты молчишь, — встрепенулся Нерольн. – Надо было раньше сказать! Ну, давай посмотрим новые буквы.

Они стали изучать новые буквы и новые закорючки. Занятия страшно утомляли мозг Обифримола, хотя ему нравилось учиться. Он был переполнен энергией, а спокойствие Нерольна и подражание ему успокаивали мальчика. Он подолгу сидел и терпеливо рисовал закорючки. Нерольн великолепно умел прочувствовать силы Обифримола. В тот самый миг, когда мальчик терял терпение и уже не мог внимательно слушать, Нерольн говорил, что пора передохнуть. Около двух часов дня, они собрались пой ти за обедом.

— Арольн вернётся голодный, — сказал Нерольн. – Купим что-нибудь вкусненького.

Обифримол охотно согласился. Нерольн намотал на ноги обмотки, такие же длиннющие, как у Арольна, и натянул злосчастные сапоги из-за которых вчера весь день провёл дома.  Обифримол облачился в свою зелёную тогу (её так и не успели превратить в настоящий плащ) и пошёл вместе с Нерольном гулять. Город был по-прежнему солнечным и ярким из-за белизны стен. Обифримол начал понемногу ориентироваться. Особенно хорошо он разобрался в Королевской улице, площади у ворот и той длинной улице, что шла вдоль всей стены. По ней всегда можно было добраться до башни, где жил Арольн.

Нерольн направился в эльфийский квартал. По дороге он не разговаривал. Обифримол следовал за ним и задавал вопросы, но ответа не получал, такая уж была привычка у молчаливого Нерольна. Он шёл быстро и пружинисто, немного прихрамывая из-за стёртых ног. В эльфийском квартале вновь было уютно, спокойно и тихо. Несколько эльфов в серых плащах стояли кучкой у оружейной лавки и обсуждали новинку в виде наконечников для стрел с раскрывающимися лепестками. Такие лепестки не позволяли достать стрелу из мишени.

— Ты уже бывал здесь? – вдруг спросил Нерольн, отвлекая Обифримола от созерцания этой компании.

— Да, Арольн водил меня сюда, — кивнул мальчик. Нерольн кивнул и снова замолчал. Он свернул в лавку, где продавали растения.

Обифримола мало интересовали все эти цветочки, стебли и листья, но он последовал за своим старшим другом из любопытства, поскольку он никогда не бывал в лавке растений. Здесь продавали, оказывается, не цветы, а съедобные растения и травы. Пригнувшись под длинными стеблями, свисающими с потолка, Нерольн заговорил с эльфом за прилавком на родном языке. Этот эльф выглядел совсем мальчиком по сравнению с Нерольном. Его кудлатые золотистые волосы были схвачены шнурком, и падали на большие синие глаза.

Обифримол увидел витрину, где в корзинках лежали подозрительные предметы. Внешне некоторые из них напоминали коренья, которые мальчик выкапывал в лесу, а некоторые были совсем странными. Один такой овощ, лежавший отдельно, был похож на большой закруглённый фиолетовый башмак, у которого не было дырки, чтобы вставить ногу. Он блестел, словно был сделан из полированной кожи.

Обифримол созерцал эти подозрительные предметы, в особенности его заинтересовал этот фиолетовый башмак, и ещё красные шарики, такие же блестящие и гладкие. Зелёные пупырчатые палочки, которые немного напоминали чьи-то странные пальцы, выглядели опасно. Всё, что с колючками (а на кончиках пупырышек были колючки) указывает на опасность.

— Обифримол, — позвал Нерольн. Мальчик оглянулся. Эльф стоял у выхода, обняв рукой бумажный пакет, из которого торчали зелёные ветки и листья.

— Уже иду! – Обифримол побежал за ним. На улице мальчик спросил:

— А что за штуки лежали в стеклянной коробке на столе?

— Что? Где? – не понял Нерольн.

— Ну, там стол, за которым стоял этот лохматый эльф, был стеклянный, — принялся объяснять Обифримол. – А под этим стеклом лежали странные штуки, одни такие круглые и красные, другие зелёные и колючие, а ещё там лежала большая фиолетовая… ботинка.

— Поражаюсь, как ты разговариваешь, — вздохнул Нерольн. – Это овощи.

— О-во-щи? – повторил Обифримол.

— Овощи. Есть овощи, а есть фрукты. Фрукты обычно растут на деревьях, а овощи чаще на земле или в земле, — пояснил Нерольн. – Вот картошка, которую Арольн тебе варил, – это овощ. А яблоки, которые растут на деревьях – фрукты.

— М-м, — сообразил Обифримол.

— Круглые красные – это томаты или помидоры, их по-разному называют. Я люблю томаты, из них получается вкусный сок и паста, с помощью которой можно готовить очень хорошие блюда, если только их готовит кто-нибудь, но не Арольн, — заметил Нерольн. – Я купил несколько томатов, ты их попробуешь.

— Ладно. А зелёные, такие, пупорычатые? – поинтересовался Обифримол, который когда-то слышал слово «пупырчатые», и оно ему очень понравилось.

— Пупырчатые, — поправил Нерольн. – Это огурцы. Я их тоже купил. С солью они очень вкусные, водянистые такие.

— А разве их можно есть?! – ужаснулся Обифримол.

— Конечно, они только кажутся колючими, но колючки легко ломаются, и их можно есть, — объяснил Нерольн.

— А фиолетовая ботинка?! – воскликнул Обифримол.

— Не понимаю, о чём ты.

— Ну, такое странное, фиолетовое, вытянутое, блестящее, — Обифримол придумывал слова, чтобы описать этот странный предмет. – С блешкинками, большое-большое, овалоконченое…

— Стоп-стоп-стоп! – запротестовал Нерольн. – Фиолетовое? Это баклажан.

— Баклажан? – удивился Обифримол.

— Да, странный овощ, я такие не очень люблю. Лучше кабачки, — сказал Нерольн.

— Что такое «кабачки»? – поинтересовался любопытный Обифримол.

— Кабачки – что-то среднее между огурцом и баклажаном, они длинные зелёные, и иногда в полосочку. Но бывают и белые кабачки, — отозвался Нерольн. – Заглянем ещё сюда. Надо кефир купить.

— Кефир?

Нерольн не объяснил, зачем ему кефир. Он вошёл в лавку, где Обифримола окутал неземной аромат сыра, молока и кефира. Ошеломлённый этой чарующей атмосферой, мальчик застыл. Он созерцал длинный прилавок, утопающий в коробках с рассолом, где плавали сыры, банках с простоквашей, молоком и кефиром. Большие бидоны стояли у стены. У одного из них была снята крышка, и там мерно покачивались восхитительные… сливки. Обифримол не слышал, как Нерольн купил кефир и баночку этих самых сливок, он разглядывал лавку. Когда они вышли на улицу, Обифримол всё ещё был шокирован.

— Обифримол, пожалуйста, будь внимательнее, — попросил Нерольн, когда мальчик случайно наступил ему на ногу, пошатываясь от увиденного зрелища.

— Нерольн, а куда я попаду, когда умру? – негромко спросил Обифримол.

— Это зависит от того, какой была твоя жизнь… — задумчиво отозвался Нерольн, пускаясь в философские размышления. – Но, если ты будешь праведным, ты попадёшь в Мир Синей Птицы, и там будет твой Рай…

— Я хочу, чтобы я попал лавку, где продают молоко, — прошептал Обифримол. Нерольн посмотрел на него странно.

— Мальчик мой, но ведь в лавку с молоком станет скучно, — заметил он.

— Нет, этим сырным воздухом можно дышать вечно, а это молоко в огромных бочках… — Обифримол зажмурился от удовольствия. Нерольн только головой покачал.

* * *

Дома Нерольн сразу принялся за приготовление обеда: стал мыть овощи и готовить какое-то странное блюдо, для которого ему даже не пришлось топить печку. Обифримол с интересом наблюдал за ним, но потом пришёл Арольн, и мальчик забыл об обеде. Арольн выглядел несколько встревоженным, но быстро вернул на своё лицо выражение весёлости.

— Добрый день всем! – воскликнул он, подхватив на руки маленького Обифримола. Тот засмеялся. Сначала он немного испугался и уже хотел оцарапать его, но вспомнил опыт с Нерольном и убрал когти.

— Приве-ет! – воскликнул мальчик.

— Как твоя служба? – спросил Нерольн.

— Нормально, — сказал Арольн. – Отрешённые собирают мощную армию. Разведчики принесли документы, где записана информация по подсчётам их армий. Ужасающие цифры. Говорят, Король Тарн подумывает призвать на помощь Орлинд, если они нападут, но это ещё только слухи. Наших звали помогать в разработке плана действий против Отрешённых. Завтра узнаем, что там надумал король. Надеюсь, что-нибудь дельное. Меня пугает тишина. Ни одного разведчика, ни одного шпиона. Может быть, они слишком хитры, прячутся от нас. Я чувствую, что беды ждать недолго.

Он тяжело вздохнул и замолчал, устроившись на табуретке в углу. Нерольн покачал головой и медленно сполоснул руки в тазике с водой для мытья овощей.

— Хочу домой, — тихо сказал Арольн. – Домой, в свои леса, где головы народа не забиты всякой чепухой, вроде распродаж старых тканей или аукциона позолоченных бумажек, которые вешают на уши… Так глупо всё это.

— Сам отправился сюда добывать славу в боях, — заметил Нерольн.

— Ах, если бы я только знал, что я здесь добуду вместо славы! — воскликнул Арольн. – Здесь только глупые головы торговцев и ростовщиков! Я хочу в свою образованную, интеллигентную страну… Здесь я нашёл лишь то, о чём никогда не хотел мечтать. Зря сюда поехал.

— Может, и не зря. Добудешь ещё себе славы, раз чуешь, что назревает бой, — сказал Нерольн.

— Добуду, — Арольн покачал головой.

— Садитесь обедать, — сказал Нерольн, расставив на столе тарелки. Обифримол сел на свою табуретку с книжками.

— Что это? – изумился он, разглядывая листья салата, нарезанные огурцы и помидоры.

— Салат. Ешь, — приказал Нерольн. Обифримол задумчиво вынул длинный кусок салата и положил себе в рот, облизал пальчики.

— Обифримол, руками не едят, — сердито заметил Нерольн. – Пользуйся вилкой.

— Но как есть салат вилкой? – удивился Обифримол.

— Вот, — Нерольн продемонстрировал ему, как есть салат вилкой.

Обифримолу очень не понравилось это странное блюдо. Оно было холодным, травянистый и мокрым, а он любил тёплую еду, причём предпочитал мясо. Перечить Нерольну по этому поводу было бесполезно, и салат пришлось доесть, но Обифримол остался недоволен. После обеда Арольн скинул кольчугу, оставил свои стрелы и меч, и снова отправился на берег реки, «тренировать» Обифримола.

Как и вчера к ним присоединилась Эннаталь. Она снова принесла кефир и свежие булочки в корзинке, что очень порадовало Обифримола, не наевшегося сырым обедом эльфов. Однако сначала, прежде чем поесть, они стали тренироваться. Арольн обучил мальчика новым ударам и, вручив ему палку, велел отрабатывать эти удары на скале. Нерольну была хорошо видна из башни эта самая скала, значит, он должен был убедиться, что мальчик действительно тренируется. Арольн тем временем снова ласкал свою Эннаталь. После отработки ударов, эльфийка решила поставить Обифримолу букву «р».

Эннаталь села на постеленный Арольном плащ, усадила перед собой Обифримола и достала из своей корзинки странную палочку, на кончике которой был глиняный шарик, облитый глазурью.

— Открой рот, — велел эльфийка, смеясь. Обифримол с удивлением разглядывал шарик, но послушно открыл рот. Эннаталь осторожно взяла его за подбородок длинными пальцами и положила шарик на палочке на середину языка мальчика.

— Давай, говори «р-р-р-р-р». Как моторчик, — сказал она. Обифримол затарахтел, старательно выводя «р-р-р-р-р».  Все засмеялись.

— Отлично! – одобрила Эннаталь. – Давай ещё.

Обифримол снова зарычал. С пятого раза у него действительно получилось что-то близкое к настоящему «р».

— Несколько дней уходит на то, чтобы отучиться картавить. Поработаем завтра-послезавтра, и всё пройдёт, — улыбнулась Эннаталь.

— Спасибо! – радостно воскликнул Обифримол. – Как я р-р-р-рад!

Эльфы засмеялись. Потом они заговорили о чём-то, явно тревожившим обоих. Обифримолу было жаль, что они так тревожатся. Он ел булочку с кефиром и видел, как грустна Эннаталь. Арольн словно пытался её утешить, но она вдруг заплакала и закрыла лицо ладонями.

— Энни… Энни… — шептал Арольн, не зная, что ему такое сделать, чтобы её успокоить.

— Почему жизнь так жестока ко мне?.. – всхлипнула Эннаталь на общем языке. Обифримол очень удивился. Она была так рада видеть Арольна, так счастлива быть с ним вместе, а теперь плачет…

— Прости… Энни, пожалуйста, я не виноват, что судьба так с нами обходится… Обещаю, всё получится, всё будет хорошо и понятно, когда… — он поднял голову, посмотрел на Обифримола и продолжил шёпотом, и на эльфийском, так что мальчик ничего не понял.

— Но я боюсь… война, такие сложные отношения… что будет с нами?! – Эннаталь прильнула к груди Арольна и зарыдала. Обифримолу страшно захотелось утешить их обоих, потому что Арольн тоже выглядел подавленным и печальным.

— Нужно верить, у нас всё получится, — сказал эльф негромко, прямо в кудрявую макушку подруги. Обифримол решил, что не стоит мешать им, сами разберутся, хотя ему очень хотелось помочь. Вскоре Эннаталь успокоилась и попросила мальчика не беспокоиться о них. Она выглядела такой тоскующей в тот вечер и часто роняла слёзы.

* * *

На ужин были тушёные овощи: Нерольн приготовил их, пока Арольн и Обифримол гуляли на берегу Альвин. Обифримолу они понравились чуть больше, потому что были тёплыми. Однако, он не любил кашистую структуру размякшего сладкого перца и остался не очень доволен. Поев, Обифримол лёг на своё одеялко возле камина и приготовился отдыхать. В комнате было совсем тихо. Арольн читал книгу, сидя возле окна с зажженной свечой. Нерольн мыл посуду, потом уселся в кресло и стал штопать свой носок.

Обифримол уже почти заснул, когда услышал вдруг голос Нерольна.

— Говоришь, битва скоро? – он говорил тихо, но на всеобщем языке.

— Может быть, — Арольн закрыл книгу. Видимо, они решили, что Обифримол уснул, но тот решил послушать, что они будут обсуждать, и не подавал признаков жизни.

— Слушай… как долго ты собираешься встречаться с этой эльфийкой? Зачем ты мучишь бедную девушку, ведь знаешь, что тебе нельзя заводить такие отношения, — заметил Нерольн так, словно его это волновало больше всего. Подобие интонаций прозвучало в этой фразе.

— Почему ты всё время нас в чём-то подозреваешь? Мы дружим, неужели уже и дружить нельзя? — фыркнул Арольн.

— Ты несерьёзно ко всему относишься, эта дружба может стать роковой для вас обоих, — сказал Нерольн недовольно.

— Слушай, отстань, а? – вздохнул Арольн. – Ты мне не веришь, я не хочу с тобой разговаривать на эту тему. Между нами лишь дружеские отношения.

— Если бы я не чувствовал, как дрожит твоё сердце, я отстал бы, вредный ты братец, — заявил Нерольн.

— Давай ещё и поссоримся! – вскипел Арольн. – Каким образом ты чувствуешь дрожь моего сердца, когда её нет? Я совершенно спокоен.

— Ты сердишься, — сказал Нерольн. – А зря. Не нужно меня переубеждать, моё сердце чувствует твоё. Ты ничего не можешь сделать, чтобы скрыть внутренние переживания.

— Не смей лезть в мою голову и мою душу! Это моя собственность и я имею полное право наказать тебя за нарушение этих границ! – закричал Арольн. – Ты поступаешь просто некрасиво, Нерольн!

— Тише ты, Обифримол спит! – воскликнул Нерольн шёпотом.

— Пусть он знает, что я запретил тебе забираться в мои мысли. Нерольн, объясни мне, почему ты подстрекаешь меня разорвать даже дружеские отношения с Эннаталь? – серьёзно спросил Арольн.

— Ты прекрасно знаешь почему, мы это уже обсуждали много раз. Потому что отец не поймёт твоей дружбы. Он считает нашу кровь священной и не хочет смешивать её с кровью неблагородной. У Эннаталь нет родословной, ты же сам мне сказал. Значит, ты должен очень тщательно следить, чтобы эта дружба не зашла слишком далеко, — объяснил Нерольн. Арольн откинулся к стене и, уперевшись пяткой в сидение табуретки, обнял колено руками. Он задумчиво посмотрел в тёмный потолок.

— То есть дружить ты мне позволяешь? – недовольно поинтересовался он.

— Позволяю, но не одобряю. Мало ли куда такая дружба заведёт.

— Ты каждый раз это говоришь, — заметил Арольн. – Ты мне порядком надоедаешь своими советами и одобрениями.

— Хочешь сослать меня в разведку?! – обиделся Нерольн. – И закрутить тут роман? Глупец! Арольн, как ты юн!

— Ты что, думаешь, что я не уважаю своего отца, чтобы «закрутить тут роман»? – фыркнул Арольн.

— Я откуда знаю, что ты не уважаешь! – вспылил в свою очередь Нерольн.

— Никуда я тебя не собираюсь ссылать, — примирительно сказал Арольн, которому не хотелось сейчас ругаться с братом. – И ты меня пойми. Не приставай ко мне с вопросами по поводу Эннаталь. Я сам во всём разберусь.

— Я только хочу помочь тебе разобраться, — пояснил Нерольн.

— А я не хочу твоей помощи, я уже достаточно взрослый, чтобы самому решить эту проблему. Я не хочу терять эту дружбу, но, обещаю тебе, я контролирую её, — отозвался Арольн.

— Хорошо. Дай мне слово, что ты не нарушишь закона нашего отца и не дашь своему сердцу воспылать любовью к существу, которое не имеет родословной, — сказал Нерольн. Арольн вздохнул и задумался.

— Я обещаю тебе, что поступлю так, как сочту нужным. Я вправе повлиять на своё будущее. И если я захочу нарушить закон, я это сделаю и потеряю имя, титул и наследство. Я уверен, что справлюсь, если такое случится. Я доверяю своему сердцу, — дерзко заявил он.

— Арольн! – Нерольн в ужасе посмотрел на него. – Ты просто бунтарь! Я не хочу терять своего брата, не надо так поступать!

— Да, во мне кровь моих предков, которые установили в наших лесах тот строй государства, который у нас сейчас. Они были революционерами и бунтарями, они требовали своего и его добились. В нашей семье полнейшая монархия, и я против неё, — уверенно произнёс Арольн. – Я хочу выбрать свою дорогу сам.

— Но, Арольн… — прошептал испуганный его словами Нерольн. – Не говори, что ты уже нарушил закон и, говоря эти слова, готовишь меня к страшному известию!

— Нет, я не готовлю тебя к «страшному известию». Я просто хочу сказать, что тебе незачем удивляться, если подобное случится, — объяснил Арольн. – Я всё сказал.

— Арольн! Прислушайся к голосу семьи! Ты хочешь пойти против своего отца, ведь он не простит тебе! Ты его сын, а нас лишь двое! Ему хочется иметь наследников! – воскликнул Нерольн.

— Ему хватит и тебя, — заметил Арольн. – Ты старший, твоё и наследство. А я младший, младшим всегда остаются крошки, так что лучше я не буду младшим, но буду самим собой, свободным от законов отца. Законы моей страны разрешают мне поступать таким образом, а законы отца нигде не прописаны.

— Арольн, у тебя совсем пропало чувство долга! Ведь отец вырастил и воспитал тебя! Дал тебе дорогу в жизнь! Почему ты хочешь сойти с неё в неизведанные земли?! – изумился Нерольн.

— Потому что я готов встретиться лицом к лицу с неизвестным, меня это не страшит. Идти по проторенной дороге легко, но скучно. Я пойду по запутанной тропе, и буду хозяином своего положения всегда, — ответил Арольн.

— Какой ты свободолюбивый, — вздохнул Нерольн. – Ну, ладно. Ты в руках Птицы Сиэль, и она укажет тебе верный путь. Я больше не буду спорить.

— Вот и спасибо, — улыбнулся Арольн. Они немного помолчали.

— Ты не бойся, — негромко добавил Арольн. – Пока что я буду сыном нашего отца и ничего такого не случилось. Это лишь лихие мысли, Нерольн. Не думай, что я уже люблю Эннаталь.

— Я уже ничего о тебе не думаю, — проворчал Нерольн и лёг на матрас, закинув руки за голову. – Завтра новый день. Пусть всё останется, как есть.

— Консерватор, — усмехнулся Арольн себе под нос. – А я ищу перемен. Потому мы и не можем договориться…

Обифримол глубоко вздохнул и успокоено закрыл глаза. Они не поспорили и не подрались: уже хорошо. Арольн вроде не собирается делать глупостей: так подумал мальчик, не совсем поняв их разговор. А Нерольн удовлетворён его ответом.

Обифримол долго не мог заснуть после их беседы, размышляя, что происходит между Эннаталь и Арольном. Однозначно большее, чем просто дружба. Поздней ночью Обифримол заснул.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.